«История таджиков: Иранцы Востока». Часть вторая. Интервью с автором

Книга канадского историка Ричарда Фолтца «История таджиков: Иранцы Востока» (A History of the Tajiks: Iranians of the East) всесторонне описывает историю таджикского народа, начиная с древних времен до сегодняшнего дня. Книга рассказывает историю народа, начиная с самых древних предков до современных таджиков, которые сейчас компактно проживают преимущественно на территориях современных Афганистана, Таджикистана и Узбекистана. В книге также можно ознакомиться с историей согдийцев и бактрийцев, Саманидской империи и нового персидского ренессанса, а также с историей взаимоотношений таджиков и тюрков и советского периода. Во вводной части, профессор Фолтц, который преподает в Университете Конкордия в Канаде, пытается ответить на вопрос, кого можно назвать таджиком с этнической, языковой и культурной стороны. Сокращенный обзор этой части мы уже опубликовали, а сейчас представляем вам ответы доктора Фолтца на несколько вопросов о его книге.

Оригинал интервью на английском языке здесь

Прежде всего, примите наши искренние поздравления по поводу издания вашей новой книги по истории таджикского народа. Скажите, пожалуйста, почему вы решили написать эту книгу, и чем она отличается от других книг по истории таджиков, в том числе знаменитого издания советского историка Бободжона Гафурова? Ожидается ли перевод книги на русский или таджикский языки?

Спасибо. Я много лет думал о написании такой книги. Давным-давно, когда я был студентом, Ричард Фрай (американский иранист) сказал мне, что напишет такую книгу, но так и не написал. По истории таджиков вообще нет книг на западных языках, поэтому моя книга – первая. Те, которые были опубликованы на русском и таджикском языках, имеют много хороших моментов, но они основаны на определенных идеологиях и методологиях, которые, возможно, отличаются от наших. Конечно, я был бы рад увидеть перевод моей книги на разные языки, но это не в моей компетенции и вне моего контроля.

Ваша книга начинается с попытки ответить на вопрос, кто такие таджики. Вопрос был сложным? Есть ли разница в исследовании идентичности таджиков по сравнению с другими современными нациями, например, иранцами или соседними узбеками? Как мы определяем этническую принадлежность – исходя из языка, культуры, геополитического района проживания или как? И каков ваш вывод и ответ – кем были/являются таджики?

Это сложный вопрос, главным образом потому, что сегодня он слишком политизирован. Исторически это не было большой загадкой, поскольку в течение большей части прошлого тысячелетия “таджик” просто означал говорящего на персидском языке мусульманина. Но его значение сегодня является результатом социальной инженерии раннего советского периода и это привело к большой путанице. Сегодня идентичность определяется всеми способами, которые вы упоминаете, обычно в постоянно меняющихся комбинациях. Но чтобы понять мое предположение о том, кто является таджиком, вам придется прочесть мою книгу!

Правильно ли я понял, что впервые термин «таджик» использовался согдийцами в согдийских текстах по отношению к «арабам»? И что согдийцы использовали термин «перс» по отношению к тем, кто приехал в регион с нынешней территории Ирана и говорил по-персидски? Имея это в виду, кто является более прямым предком таджиков – согдийцы и бактрийцы или персы того времени, пришедшие из Ирана?

Отвечаю утвердительно на первые два вопроса. Сегодняшние таджики происходят, в основном, от согдийцев и бактрийцев, а также персов, арабов, турок и других людей, с которыми они имели связи более 1000 лет. В мире нет чистых рас, и исследования ДНК не показывают генетических различий, например, между городскими таджиками и городскими узбеками, хотя они отличаются от тех, кто живет в сельских и горных районах.

В противоположность популярному мнению в стране о роли зороастризма у предков таджиков до ислама, вы преуменьшаете ее, говоря, что у этой религии были меньше последователей по сравнению с другими религиями в регионе и что форма зороастризма, наблюдаемая в Центральной Азии, отличалась от его места рождения – современного Ирана. Кроме того, в религиозно очень разнообразной Бактрии ранние Сасаниды расчистили путь для зороастризма путем уничтожения других религий. Должны ли мы считать это первым известным примером религиозной нетерпимости в регионе?

Да, Сасаниды, примером которых является зороастрийский первосвященник Кардир, гордились насильственным подавлением других религий. У согдийцев, похоже, был очень открытый подход к религии, хотя, к сожалению, сегодня мы не можем сказать то же самое о многих таджиках. Кстати, родиной зороастризма был не Иран, а Центральная Азия, хотя именно в Иране она стала государственной религией.

Из книги у меня сложилось впечатление, что согдийцы доарабского вторжения имели больше связей с Китаем, чем с Сасанидами, хотя формально находились под их властью. Они торговали больше с Китаем, расширили свою культуру до Китая, владели кварталами в китайских городах. Кстати, что случилось с согдийцами, оставшимися в Китае, после того, как арабы завоевали их землю? Ассимилировались?

Да, у согдийцев, в целом, были лучшие отношения с Китаем, потому что персы считали их конкурентами за контроль над трансазиатской торговлей. Но главными защитниками согдийцев были тюрки; они разработали взаимовыгодные симбиотические отношения, которые продолжались до советского периода. С приходом ислама таджики продолжали играть важную роль в торговле с Китаем, а также распространяли ислам там. Многие из важных средневековых исламских деятелей в Китае, например, Саид Аджалл Бухари, были таджикского происхождения.

Вы пишете, что персидский язык был принят в качестве придворного языка Саманидами, в то время как большинство людей на их территории все еще говорили на согдийском и бактрийском языках. Разве это мнение не противоречит другому аргументу о том, что Центральная Азия (Балх или Бухара) была родиной современного персидского языка, и он отсюда распространился дальше в Иран? Если нет, то почему Саманиды приняли персидский, а не арабский язык, язык науки и религии того времени, если оба языка были одинаково чужды местным жителям?

Персидский язык был языком Парса, то есть Персии, упомянутой уже в ассирийских записях. Вероятно, большинство мусульман, которые мигрировали в Среднюю Азию после завоевания, были персами, а не арабами, и они были гораздо ближе к согдийцам с культурной и лингвистической точки зрения, чем арабы.

Саманиды не были первой династией, которая предоставила персидскому статус языка своего двора, и даже внутри династии Исмаил не был первым эмиром, который сделал это. Почему Исмаил был выбран нынешним Таджикистаном в качестве основателя первого таджикского государства? Считаете ли вы, что тот факт, что представители династии могли происходить от предков современных кулябцев, как утверждается в вашей книге, и /или тот факт, что их столицей была Бухара (в то время отношения между Таджикистаном и Узбекистаном были напряженными), сыграли свою роль в выборе его основателем?

Ну, это немного произвольный выбор, но я полагаю, что Исмаил был самым выдающимся и успешным из правителей Саманидов, так что это делает его привлекательным кандидатом на роль «основателя». Так или иначе, ни один из важных городов Саманидов не находился на современной территории Таджикистана.

Какой урок могут извлечь из падения государства Саманидов нынешние таджикские лидеры?

Я не могу рекомендовать уроки нынешним таджикским лидерам!

Вы пишете: «Персизация была способом для тюркских элит продемонстрировать свою легитимность как имперских правителей…. Таким образом, персидский язык был признан языком культуры и престижа». Как тюркские правители этнически идентифицировали себя, на каком языке они говорили, и можем ли мы назвать их спасителями персидско-исламской культуры после падения Саманидов?

Опять же, идентичности всегда изменчивы, никогда не являются фиксированными или статичными, поэтому, как и все остальные, тюрки идентифицировали себя так, как им показалось наиболее подходящим, в зависимости от контекста на тот момент. Они гордились своей кочевой вольностью и военными навыками, но когда они хотели представить себя культурными, это означало быть персифицированным мусульманином.

Что вы думаете обо всех нынешних спорах об этнической принадлежности ученых и поэтов той времени, а также о претензиях на наследие таких городов, как Бухара, Самарканд, Мерв и т. д.? Если, например, родной язык Имама Бухари или Авиценны или их первый язык был персидским, а носителей персидского той поры называли «таджиками», имеют ли право таджики называть их сыновьями своей нации?

Я думаю, что родной язык Бухари и Ибн Сины вполне мог быть согдийским, но они наверняка выучили и персидский, и арабский в детстве. Но в то время их можно было назвать таджиками, поэтому я не вижу проблем с таким мнением сегодня. Идея «нации», однако, в том виде, в каком она используется в настоящее время, возникла гораздо раньше, восходя только к французскому Просвещению. Люди не думали об этом в 10-ом веке.

Вы пишете, что люди были двуязычными и говорили на персидском и чагатайском или другом тюркском языке в течение нескольких веков средневековья, и утверждаете, что они были свободны идентифицировать себя так, как они хотели. Для чего они использовали эти языки? Где они изучали эти языки? Какое сходство мы можем увидеть с нынешним двуязычием людей (русский + местный язык)?

Использование языка менялось со временем как процесс, а не в одночасье. Персидский-таджикский был главным языком, по крайней мере, в городах, но поскольку некоторые тюрки оставили свою кочевую жизнь и переселились в города, они научились говорить на нем. В то же время, особенно благодаря усилиям двуязычных интеллектуалов, таких как Алишер Навои, тюркский язык постепенно начал терять свою репутацию «грубого, варварского» языка. Можно утверждать, однако, что процесс повышения статуса тюркского языка не был действительно завершен до создания Советского Союза.

Почему Советы изменили название персидского языка на таджикский? Почему только алфавиты, основанные на арабском, были заменены на кириллицу, в то время как страны Балтии, грузины и армяне сохранили свои исторические алфавиты? Какова была причина создания Таджикистана на его нынешней территории и лишения его исторических городов?

Я обсуждаю это более подробно в моей книге, но вкратце в Центральной Азии культура и институты были таджикскими и, таким образом, представляли те самые традиции, которые большевики стремились заменить. С другой стороны, исламский модернизм, как пропаганда Исмаила Гаспринского, ассоциировался с тюркоязычными интеллектуалами, особенно с татарами и османами.

Многие в Таджикистане и Узбекистане считают басмачей мародерами и бандитами, и я понимаю, что советская пропаганда сыграла большую роль в таком восприятии. Как человек, который хорошо знает историю региона, как историк и ученый, и как человек, не подверженный влиянию какой-либо пропаганды, что вы думаете о басмачах?

Очевидно, что такие суждения являются субъективными, а обобщения неизбежно вводят в заблуждение. Возможно, среди басмачей был сильный «бандитский» элемент, но они также представляли собой форму сопротивления иностранной власти на основании местных обид, которые были очень реальными. Бандиты повсюду часто пользуются той или иной популярной поддержкой именно по этой причине.

Вы пишете: «… элитная культура, которой гордятся почти все афганцы – особенно персидская литературная традиция, но также музыка, искусство, формальное социальное взаимодействие и даже еда – таджикская». Не думаете ли вы, что в Афганистане это меняется в сторону пуштунизации? 

К сожалению, как я отмечаю в конце книги, у меня никогда не было возможности провести длительное время в Афганистане, поэтому я действительно не знаю достоверно, что там происходит.

Есть ли опасения потерять персидское наследие в исторически персидской части Узбекистана?

Да, это проблема, которая была острой, и Ричард Фрай очень беспокоился о ней, но, возможно, теперь с изменением в Узбекистане острота ее снизится.

 ПОДПИШИТЕСЬ, ЧТОБЫ БЫТЬ ПЕРВЫМ В КУРСЕ СОБЫТИЙ 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *