Таджикистан: как развивать поликультурное высшее образование в этнокультурном обществе?

Таджикистан, несмотря на существенные изменения в постсоветский период, остается многонациональным государством. Согласно итогам национальной переписи населения Республики Таджикистан (далее РТ) за 2010 год, проведенной Агентством по статистике при Президенте РТ, в Таджикистане проживают более 14 этносов. Таджиков насчитывается 6 373 834 человек или около (84,3%) от общего населения, узбеков — 926 344 (12,2%), русских — 34 838 (0,5%), кыргызов — 60 715 (0,8%), туркменов — 15 171 (0,2%), и 153 600 (2%) представителей других национальностей и народностей[5].

Согласно статье 21 Закона Республики Таджикистан «О языке», этнические меньшинства Таджикистана имеют право на свободу выражения своего мнения всеми доступными по таджикскому законодательству способами. «Защита и поддержка региональных языков или языков нацменьшинств в Таджикистане представляет собой важный вклад в строительство Таджикистана, основанное на принципах демократии и культурного разнообразия в рамках национального суверенитета и территориальной целостности»[2]. Это определяет поликультурный характер социальных процессов, в том числе, и в системе образования.

Таджикистан, как и другие государства бывшего СССР, проводит политику объединения нации на основе этнокультурной идентичности, что проявляется, в том числе, в программировании народного образования. Дети, родившиеся в начале 1990-х гг., когда шла активная суверенизация, учились по новым учебникам, в которых пропагандировалась культура титульной нации, доказывалась глубина ее государственности и укорененности на данной территории. Много внимания в этих странах уделяется развитию государственного, национального языка, национальной культуры и истории и особо фольклора[6].

В республике высшее образование в основном получают на таджикском языке, и логично, что процент получения образования на русском и узбекском языках — низкий. Как показывает существующее состояние, многие представители этнических меньшинств достаточно плохо владеют государственным языком, что способствует появлению барьеров для доступности высшего образования, и соответственно, предпочтение отдается обучению в заграничных, в частности, российских вузах. Вследствие чего образованные слои населения нередко оседают за границей по окончании обучения. Отток образованной молодежи становится, тем самым, серьезной проблемой, так как может отрицательно сказаться на дальнейшем развитии Таджикистана.

Выпускники узбекских, туркменских и кыргызских школ не владеют таджикским языком на достаточном уровне

Проблемы нетаджикоязычных выпускников и рост таджикоязычных групп обучения

Основную сложность в поликультурном образовательном пространстве в Таджикистане составляет языковой барьер. Выпускники узбекских, туркменских и кыргызских школ не владеют таджикским языком на достаточном уровне, что лишает их возможности продолжить обучение в университетах по причине отсутствия групп с этими языками обучения. Требование же о сдаче единого экзамена для вступления в вузы страны (когда экзамены принимаются только на таджикском и русском языках) приводит к ситуации, когда основная масса представителей нацменьшинств не может получить высшее образование в Таджикистане из-за незнания ими в достаточной мере государственного языка. Здесь за бортом остаются выпускники нетаджикоязычных школ, плохо владеющие государственным языком, особенно в регионах, компактно населенных национальными меньшинствами (в частности кыргызы — Джиргиталя и Мургаба, узбеки — в приграничных районах Согдийской и Хатлонской областях РТ, а также районах республиканского подчинения Турсунзаде, Шахринав, туркмены – Кабадияна и Колхозабада РТ и т.д.).

Среди выпускников нетаджикоязычных школ — низкий процент поступления в вузы Таджикистана, особенно после внедрения централизованных вступительных экзаменов (ЦВЭ) в ходе образовательной реформы 2014 года, целью которой было искоренение коррупции. Однако, как показывает практика, ЦВЭ оказались дискриминационными для студентов нетаджикского происхождения, не предоставляя одинаковых возможностей желающим получить высшее образование из-за низкого уровня знания таджикского языка у выпускников нетаджикоязычных школ[7].

На основе данных Министерства образования и науки Республики Таджикистан и зарегистрированных 37 высших профессиональных образовательных учреждений (Статистический сборник МОНРТ. 2015) составлен график, наглядно показывающий динамику распределения по языку обучения за 9 лет.

Как показывают данные, группы с таджикским языком обучения выросли на 29%, а группы с русским и узбекским языками обучения сократились совокупно на 27%. Следует отметить так же, что резко увеличилось число групп с английским языком обучения, что связано с возрастанием резкой глобализации и урбанизации социальных процессов, с востребованностью, актуальностью и перспективностью изучения международного (английского) языка.

Исследование среди студентов

С целью анализа состояния системы поликультурного образования в вузах Таджикистана с 4-го по 14-ое февраля 2016 г. нами было проведено исследование в одном из вузов страны.  В качестве респондентов были выбраны иноязычные студенты. На факультете, где проводилось исследование, учатся представители более четырёх национальностей (таджики, узбеки, иранцы, афганцы, кыргызы), относящиеся к различным этнокультурным общностям. Обучение на факультете проходит по шести специальностям и единственным языком обучения является таджикский. В исследовании был использован нарратив при сборе данных у респондентов. Выборку составили 10 человек в возрасте от 19 до 22 лет. В начале беседы студенты себя чувствовали несколько скованно, и так длилось примерно первые 5-10 мин. Большинство говорили на таджикском и русском языках. Основные вопросы были подготовлены заранее. Вначале выяснялись демографические и автобиографические данные, для того чтобы выявить место социализации их как личности. Это было нужно для того, чтобы определить, с представителями какой национальности человек себя идентифицирует и к какой этнической или национальной группе он себя относит. В целях конфиденциальности имена респондентов изменены.

Для наглядности приведем рассказы нескольких респондентов.

Азиз (узбек, 22 года) рассказывает:

«До 9-го класса учился в узбекской школе, затем перешел в таджикскую. Родители узбеки, живем среди узбекоязычного населения, в первый класс пошел в класс с узбекским языком обучения, потому что не очень понимал таджикский. Потом, общаясь с таджикоязычными соседями, среди моих друзей было много ребят-таджиков, начал все больше и больше понимать таджикский, вплоть до того, что сейчас я свободно читаю, пишу и говорю по-таджикски. В 10-11 классах я уже перешел в класс с таджикским языком обучения, так как понимал, что надо поступать в вуз и учиться по специальности, которую я выбрал, но учиться без знания языка мне будет сложно и, может, даже невозможно. Я думаю, каждый человек, как гражданин своей страны, просто обязан знать государственный язык. В итоге получается, что я хорошо знаю, свободно общаюсь не только на своем родном языке, но и на государственном, который также для меня является родным. Все это время я учился в таджикской группе и так как кафедра наша довольно молодая, у нас было мало учебников на таджикском языке. Для того, чтобы написать рефераты или курсовые, нам приходилось использовать иностранную литературу. Таким образом, я еще и подтянул свой русский, так как в основном мы пользуемся русской литературой. Английский пока мне дается сложнее, но я думаю, если бы я опять был вынужден готовиться на этом языке, я бы и английский выучил, я бы еще более себя развил в языковом плане. В обучении у меня нет особых сложностей, иногда бывает нагрузка, но на то мы и студенты, чтобы учиться. В обществе стараюсь говорить на таджикском, несколько смущаюсь говорить на узбекском при таджикоязычных знакомых. У меня однокурсница тоже узбечка, она никогда со мной не разговаривает на узбекском, хотя я несколько раз пытался заговорить, она либо не отвечая уходила, либо отвечала на таджикском. Отсюда можно сделать вывод, что не я один смущаюсь говорить на узбекском при других». На вопрос, почему же он смущается говорить на узбекском, он ответил: «Друзья и знакомые начинают подкалывать, подшучивают, чувствую себя неловко и немного не таким как все, несколько иным, другим, это напрягает».

Комрон, 22 года, афганец:

«Меня частенько некоторые называют афганцем, ну так ко мне обращаются, изначально это немного задевало, потом я смирился и теперь отношусь нормально, так как я действительно афганец, это не прозвище и не матерщина, а моя национальная принадлежность. Думаю, так происходит из-за того, что многие ни разу не покидали границы государства и остро не ощущали сложности, связанные с миграцией или беженством. Я бы предложил такой путь решения для облегчения подобных ситуаций. Можно было бы снять кинофильмы о реальных таджикских студентах, обучающихся в других государствах. Как они живут, как их принимают и как к ним относятся жители тех стран, с какими сложностями они сталкиваются и т.д., чтобы основная масса видела, как живут представители их национальности и культуры за пределами своего государства».

Выявленные проблемы

Полученные данные из проведенного исследования дают основания утверждать, что несмотря на успеваемость, адаптацию и хорошие взаимоотношения этих студентов с педагогическим составом и однокурсниками, имеют место сложности, неудобства и затруднения в процессе обучения. Контент-анализ проведенных бесед выявил, что основными сложностями в учебном процессе и в процессе общения, о которых говорило подавляющее большинство респондентов, являются:

  • нехватка компетентных кадров, преподающих различные дисциплины, и языковой барьер. Большинство преподавателей кроме родного таджикского языка не очень хорошо знают другие, в то время как преподаватель, как минимум, должен знать два иностранных языка, которые сначала учат в школе затем и в вузе.
  • нехватка книг на доступном языке, т.е. учат таджикский язык, а нужные учебники доступны только на русском языке, приходится заниматься переводами текстов, что составляет большую сложность, требующую много времени и усилий;
  • стигматизация по национальному признаку, указывание на национальную принадлежность, особенно, когда основной побуждающий мотив – задеть, унизить;
  • нацменьшинства сами по себе уже чувствуют диссонанс, иммерсию и определенную маргинальность[11].
  • немаловажной была бы в этом периоде поддержка окружающих и социальных институтов, что приводило бы к взаимообогащению культур путем их сближения;
  • относительно низкая самооценка, возникающая на фоне смущения от своей инаковости, своего языка, культуры, обычаев и др.

Какие перспективы поликультурного образования в Таджикистане?

Для развития поликультурного образования нужно обратиться к истокам, к образованию в средней общеобразовательной школе. Необходимо усилить и улучшить качество преподавания и изучения государственного языка в школах с негосударственным языком обучения. Таким образом, учащиеся, вне зависимости от того представителями какой национальности они являются, будут хорошо знать государственный язык. Знание языка будет своего рода мостом для взаимного общения представителей разных национальностей и культур. Мы говорим о подготовке учителей разных языков, по разработке самых современных методик преподавания и новых учебников для представителей нацменьшинств. Им нужны также новые технологии и средства коммуникаций. Все эти условия необходимы для того, чтобы представители нацменьшинств получили хорошее образование, интегрировались в общество, и вместе с тем могли сохранить свою идентичность, язык, культуру, традиции.

Для создания условий формирования поликультурного образования и преодоления преград в условиях вузов Таджикистана, в перспективе можно предложить разные меры, которые бы ориентировались на следующие цели:

  • продвигать двуязычное образование в системе дошкольного воспитания и доуниверситетского образования, создавая, таким образом, предпосылки для более эффективного изучения государственного языка;
  • в то же время поддерживать таджикский язык, имеющий статус государственного языка, как скрепляющий язык для всех этносов Таджикистана;
  • воспитывать учащихся в русле мультикультуризма и толерантности к представителям других национальностей и культур, пониманию и принятию ими равенства людей, независимо от их различий[9].

Нужно подчеркнуть один интересный факт, полученный в результате нашего исследования, о том, что учащиеся из этнических меньшинств демонстрируют хорошие знания и являются «передовыми» студентами. Это интересно, так как вопрос о поликультурном образовании встал именно из-за того, что господствовало мнение о том, что учащиеся из этнических меньшинств показывают обычно наихудшие знания.

Заключение 

Подготовка соответствующих кадров, знающих языки, базовые этнопсихологические и культурно-антропологические особенности, качественное преподавание государственного и других языков, толерантное сознание, мультикультурный подход способствуют устранению барьеров, как языковых, так и ментальных, при внедрении и развитии поликультурного образовательного пространства. При этом важным моментом является повышение уровня и недопущение снижения качества в подготовке специалистов.

Мы думаем, что поликультурное образование, вероятно, является самой поощряющей перспективой и имеющей наибольший потенциал из всех запланированных реформ в сфере системы образования Республики Таджикистан.

Поликультурное образование отвергает расизм и другие формы дискриминации в учебном заведении и в обществе, и поддерживает плюрализм (этнический, расовый, лингвистический, религиозный, экономический, гендерный). Поликультурное образование содействует демократическим принципам социальной справедливости, поскольку опирается на принципы критической педагогики и сосредоточено на знании, рефлексии и действии, как основе социальных перемен (И.С. Бессарабова, 2007).

Результатом осуществления подобной инициативы в многонациональном таджикистанском обществе будет сохранение языков меньшинств и одновременно обеспечение эффективной гражданской интеграции национальных меньшинств в таджикистанском обществе посредством изучения государственного языка.

 

Список литературы

  1. См. Статья 2 Конституции Республики Таджикистан (от 26 сентября 1999 г., от 22 июня 2003 г., и от 22 мая 2016 г.).
  2. См. Статья 21. Закон Республики Таджикистан «О языке» (Закон РТ № 553 от 5.10.2009г.).
  3. См. Статья 7. Закон Республики Таджикистан «Об образовании» (Закон РТ № 537 от 4.07.2013г.).
  4. БЕССАРАБОВА И.С., 2007, «Определения поликультурного образования», Фундаментальные исследования. №12 — 3. С. 478 — 480.
  5. Госкомстат Республики Таджикистан – Национальный состав, владение языками и гражданство населения Республики Таджикистан. Том III – Душанбе, 2012. С.7-12.
  6. ЛОГИНОВА Н.А., ШАРИПОВА М.Ё., 2013, «Этнокультурные особенности субъективной картины жизненного пути (на примере русских и таджиков)» Вестник НГУ. Серия: Психология. Новосибирск, Том 7, выпуск 1. С. 38-45.
  7. НУРАЛИ ДАВЛАТ. «Говорить о том, что в Таджикистане все проблемы национальных меньшинств решены, было бы несправедливо». http://cabar.asia/ru/nurali-davlat-govorit-o-tom-chto-v-tadzhikistane-vse-problemy-natsionalnykh-menshinstv-resheny-bylo-by-nespravedlivo/
  8. Результаты проведенного исследования, интервью с 4-го по 14-ое февраля 2016 г.
  9. СОЛДАТОВА Г.У., ШАЙГЕРОВА Л.А., ШАРОВА О.Д., 2000, Тренинг: учимся толерантности, на пути к толерантному сознанию, под ред. А Г. АСМОЛОВА. – М.: Смысл, С. 177—239.
  10. Статистический сборник сферы образования Республики Таджикистан на 2014-2015 учебный год. Душанбе, 2015. С. 275-280.
  11. ATKINSON D.R., MORTEN G., SUE D.W. Counseling American minorities: A cross-cultural perspective. Dubuque, Iowa: W.C. Brown Co, 1979.
  12. OLIVIER FERRANDO. Policies and Practices of Language Education in Post-Soviet Central Asia between Ethnic and Civic Consciousness. Post/Soviet Identities, Cambridge University Press, 2011. С. 1-3.

 ПОДПИШИТЕСЬ, ЧТОБЫ БЫТЬ ПЕРВЫМ В КУРСЕ СОБЫТИЙ 

comments powered by HyperComments