Интерактивная карта Foreign Policy: Дороги, железные дороги и трубопроводы Китая вдоль Нового Шелкового пути

Журнал Foreign Policy опубликовал интерактивный путеводитель, отслеживающий победы пекинской внешней политики и ее препятствия вдоль нового Шелкового пути. Смотрите интерактивную карту здесь

silk rioad2

Карта начинается с отправной точки современного Шелкового пути – города Сиань в китайской провинции Шэньси, который выполнял такую же историческую функцию во времена древнего Шелкового пути. Мультинациональный город будет служить региональным хабом новых транспортных проектов, следующих на запад до Урумчи и далее в Центральную Азию и Ближний Восток. Китай планирует развивать Сиань как международный торговый порт и свободную экономическую зону, а также центр региональной электронной торговли.

Урумчи – следующий пункт китайского Шелкового пути. Город, являющийся столицей региона Синьцзянь с протестным населением, имеет приоритетное значение для Китая и его амбициозной программы по развитию железнодорожных путей в Западную Европу. Уже сегодня груз из Китая до Европы может дойти по железной дороге за 16 дней, быстрее, чем морской путь, и дешевле, чем воздушный. Но еще многое предстоит сделать, чтобы сделать этот путь еще более эффективным.

Казахстан журнал называет «плацдармом в степи» и воротами китайского западного направления. Казахстан является ключевым партнером китайского Экономического пояса Шелкового пути. 27 марта 2015 года обе страны подписали 33 сделки на сумму 23.6 млрд долларов в различных проектах от инфраструктуры до гидроэнергетики. В 2014 году страны подписали проекты на сумму 14 млрд долл, в 2013- на 50 млрд долл. Это в дополнение к большим сделкам между Пекином и Астаной в нефтегазовой индустрии. Особенно, Китай приветствует сотрудничество и взаимные инвестиции между Казахстаном и Синьцзяном.

Кыргызстан, по мнению журнала, является «нестабильным партнером». Несмотря на политическую нестабильность Кыргызстана и отсутствие нефтегазовых ресурсов, Пекин в 2013 году подписал с Бишкеком 8 соглашений на сумму 5 млрд долл. Но нестабильность является ключевым фактором, сдерживающим дальнейшие инвестиции Китая в эту страну. Долг Кыргызстана Китаю уже составляет 1 млрд долл и неясно, как он будет оплачен. Одной из идей, витающих в воздухе, является предоставление концессий Китаю в обмен на снижение долга, но местное население не приветствует такое решение.

Название главы, посвященной Таджикистану, можно перевести как «у тех, кто просит, нет выбора». В этой самой бедной стране региона китайское продвижение было более успешным, чем в Киргизии. В ноябре 2014 годы было подписано много сделок между Пекином и Душанбе, но точную сумму их не разгласили. Предположительно, китайские инвесторы вложат около 6 млрд долл в Таджикистан в течение следующих трех лет. Эти инвестиции критически необходимы для Таджикистана, учитывая его зависимость от денежных переводов мигрантов из России, которые находятся под угрозой снижения.

Узбекистан журнал называет «сильным и идеальным партнером» для Китая. Пекин не вмешивается в политические дела этого авторитарного государства, в обмен Ташкент открыт для китайских инвестиций. В 2013 году Пекин подписал 31 сделку на сумму 15.5 млрд долл с Узбекистаном и согласился протянуть четвертую ветку газопровода из Туркменистана в Китай через территорию Узбекистана. В планах обеих стран строительство железной дороги из Узбекистана в Китай через Киргизию, часть которой Пекин уже финансирует.

Туркменистан: «трубопроводы и еще раз трубопроводы». В 2009 году завершилось строительство газопровода из Туркменистана в Китай. Китай вложил в эту страну миллиарды долларов, и газ из Туркменистана теперь идет почти исключительно на восток. Половина газового импорта Китая идет из Туркменистана, и этот объем может еще возрасти. В 2013 году Китай заключил сделки на 7,6 млрд долл в Туркменистане. Похоже, что CNPC становится эксклюзивным партнером Ашгабада в освоении его газовых ресурсов.

Пакистан – «всепогодный друг» Пекина. Только недавно в широко освещавшемся визите глава Китая подписал огромный пакет соглашений с этой страной на сумму 46 млрд долл в сфере инфраструктуры и энергетики. Главным пунктом этих соглашений является развитие порта Гвадар в пакистанской провинции Белуджистан. Порт находится в Персидском заливе в близости от Ирана и Саудовской Аравии и соединяет морской и наземный компоненты пекинского Шелкового пути.

Иран – со снятием санкций с Ирана Пекин рассчитывает возобновить импорт энергоресурсов из этой страны. Пакистан уже согласился с финансированием Китая строительства газопровода из Ирана в Пакистан, а далее в перспективе в Китай. Иран разрабатывает свой пятилетний план развития инфраструктуры для включения себя в китайский Шелковый путь.

В отношении России перед Китаем стоит задача «усмирить медведя». После десяти лет переговоров России и Китаю удалось заключить соглашение о $400-миллиардном соглашении по природному газу. Но с осложнением российских отношений с Западом Россия все больше нуждается в Китае. В 2014 году Китай согласился включить российскую Транссибирскую магистраль и БАМ в проект Шелкового пути и в ответ получил одобрение своей инициативы президентом Путиным.  Похоже, что Россия смирилась с растущим влиянием Китая в Центральной Азии, и теперь на повестке дня интеграция китайского Шелкового пути с Евразийским экономическим союзом.

Турция – заключительный этап интерактивной карты, названный редакторами как «игра в ожидание». У Анкары есть свои планы на возрождение Шелкового пути, и в 2008 году она начала свой интеграционный проект в Евразии под названием «Инициатива Шелкового пути и проект Караван-сарай». Но проект так и остался виртуальным. Семь лет спустя Китай и Турция обговаривают возможности сближения своих интеграционных амбиций, но Анкара все еще с подозрением относится к пекинским замыслам. Турция- член НАТО и дает убежище уйгурским диссидентам, что осложняет отношения между странами.    

 

Image by PETER PARKS/AFP/Getty Images
 ПОДПИШИТЕСЬ, ЧТОБЫ БЫТЬ ПЕРВЫМ В КУРСЕ СОБЫТИЙ 

comments powered by HyperComments