Проблемы кыргызской идентичности, языка, национализма в общественных дискуссиях 2017 года

Photo by Theklan CC-BY-SA-4.0

В 2017 году в Кыргызстане отмечена активизация темы национализма в информационном пространстве.

В октябре 2017 г. в стране должны состояться президентские выборы, поэтому существуют ожидания, что некоторые политики традиционно будут не прочь воспользоваться националистическими настроениями.

Действительно, не успела еще президентская кампания начаться, как известный своими противоречивыми заявлениями старожил кыргызской политики Азимбек Бекназаров, 18 июля на съезде партии «Ата-Журт» успел сделать скандальное заявление о важности «чистокровности» политиков, претендующих на президентский пост[1]. Это заявление не осталось без внимания прокуратуры и общественности, хотя сам политик поспешил дать пресс-конференцию и заверить общественность в том, что его слова были неверно интерпретированы журналистами.

Разумеется, заявление Бекназарова – это отнюдь не самая главная тема дискуссий на тему кыргызского национализма, развернувшаяся в информационном пространстве Кыргызстана в 2017 году.

Необходимо заметить, что темы, связанные с вопросами национализма, продолжают оставаться крайне чувствительными, особенно после пережитого в 2010 году конфликта на межэтнической почве. Тем не менее, избегание любых дискуссий на эту тему, навязывание официального нарратива на тему межэтнических отношений и нациестроительства, шельмование любого, кто имеет альтернативный взгляд на эти вопросы, в лучшем случае, только «откладывают» эти вопросы на потом и не позволяют состояться конструктивному общественному диалогу.

В Кыргызстане, к сожалению, практически отсутствуют серьёзные аналитические издания, как на государственном, так и на русском языках, предлагающие беспристрастный анализ проблемных вопросов по теме национализма.

Что касается СМИ, важно отметить, что существует огромное разделение между русскоязычным сегментом и кыргызским. Кыргызские СМИ пишут для кыргызов, а русскоязычные СМИ – для тех, кто читает по-русски. Два сегмента редко пересекаются, и говорить о диалоге не приходится. И в том, и в другом сегменте есть тенденциозность, но разная по природе и проявлению.

В 2016-2017 гг. в Кыргызстане происходило много разных процессов и событий. Некоторые из них, которые я рассматриваю ниже, стали поводом для возобновления и активизации дискуссий на тему национализма, национальной идентичности, кыргызского языка и др. Они показали, что попытки властей создать иллюзию того, что все проблемные вопросы в этой сфере решены и по ним существует общественный консенсус, — пока бесплодны.

Еще раз: «кто мы»?

Введение понятия «кыргыз жараны» означает понятие инклюзивного общества, объединяющего разные этнические группы, являющихся гражданами Кыргызстана.
Одним из важных событий, способствовавших возобновлению дискуссий о том, что означает кыргызская нация и Кыргызская Республика как государство, стало введение новых образцов биометрических паспортов. Еще в середине 2016 года появилась информация о том, что по инициативе Государственной регистрационной службы в новом образце паспорта предлагается убрать три графы – «национальность», «семейное положение» и «место жительства». Такой инициативе воспротивились сразу. Против нововведения об исключении графы «национальность» в паспорте выступили кыргызы, в том числе ряд общественных деятелей, политиков, представителей творческой интеллигенции. Государственная регистрационная служба поспешила пояснить, что эти три графы просто уберут из визуального текста, но они будут храниться в электронном чипе, встроенном в ID-карту. Вместо графы «национальность» было решено вписывать в паспорт «кыргыз жараны», что означает «гражданин» или «гражданка» Кыргызстана. ГРС заявила, что введение понятия «кыргыз жараны» означает понятие инклюзивного общества, объединяющего разные этнические группы, являющихся гражданами Кыргызстана.

Несмотря на достаточно противоречивое отношение в обществе к этой инициативе ГРС, в начале 2017 года проект постановления правительства КР «О национальных паспортах граждан Кыргызской Республики»[2] был внесен на общественное обсуждение, а в апреле 2017 года правительство за подписью премьер-министра утвердило новый образец биометрического паспорта[3].

В новом образце паспорта данные о национальности, семейном положении и адресе проживания не отображаются, но они будут храниться на встроенном чипе. Позиция правительства заключалась в том, что внедрение биометрических паспортов является необходимым условием для создания электронного правительства и улучшения доступа граждан к государственным и муниципальным услугам через электронное обслуживание населения. Заметим, что примерно в это же время – в апреле-мае 2017 г. аппарат президента КР и правительство громогласно заявило о новом национальном проекте «Таза-коом» ( Открытое (прозрачное) общество), целью которого объявлено превращение Кыргызстана в IT- хаб, соединяющий Центральную Азию, Европу, Азию и Ближний Восток. Проект был презентован донорскому сообществу и даже получил первые обещания поддержки со стороны многосторонних международных институтов.

Фотография: Vmenkov CC Attribution-Share Alike 3.0 Unported

Вводя новые паспорта без указания этнической принадлежности, власти, возможно, руководствовались своей политической программой, но не учли того, что подавляющая часть населения оказалась не готова к форсированному процессу создания так называемого «инклюзивного» общества путем фактического навязывания государством понятия «кыргыз жараны» вместо указания этнической принадлежности. Аргументы, что ликвидация ссылки на этническую принадлежности, или «национальность» (по советской традиции») будет способствовать формированию гражданской нации, весьма спорны. Судя по негативной реакции представителей кыргызского этноса, это был преждевременный шаг, который не учел мнения подавляющего большинства населения.

Не бесспорно и то, что граждане Кыргызстана, представляющие другие этнические группы, полностью согласны с нововведением. По крайней мере, каких-либо серьёзных опросов общественного мнения или исследований на эту тему не проводилось. «Оценочные» заявления отдельных «говорящих голов» имеют субъективный характер и могут на самом деле не отражать мнение реальных людей. Некоторые представители академического сообщества высказали свое мнение по этому поводу. Доктор исторических наук Тынчтыкбек Чоротегин, комментируя вопрос введения новых паспортов, сказал, что Кыргызстан — унитарная страна и в паспорте достаточно указать только гражданство, указывая детальную информацию в чипе. Он также считает, что нация кыргызов — это все граждане Кыргызской Республики». [4] Но согласятся ли с мнением уважаемого профессора представители многочисленных этнических групп Кыргызстана? Об этом также неизвестно, если, разумеется, не принимать во внимание, частные мнения, которые демонстрировались на основных телевизионных каналах.

В целом, нужно заметить, что правительство не привело какого-либо обоснования, почему необходимо отказаться от указания этнической принадлежности в паспорте, и почему именно сейчас. Широкой информационной компании не было. Другими словами, это был классический пример принятия решения «сверху» без достижения общественного консенсуса. Очевидно, власти надеялись на то, что серьёзного противодействия нововведению не будет. Учитывая, что внимание граждан будет отвлечено на выборы президента, возможно, так и произойдет.

Следует отметить, что и в программе «Жаны доорго кырк кадам» (40 шагов в новую эпоху) нового правительства во главе с Сапаром Исаковым ставится задача интеграции граждан страны в единую политическую общность «Кыргыз жараны» при сохранении и развитии этнической, языковой, культурной самобытности различных этносов. ( Шаг 37.)

Жыргал Касаболотов полагает, что в результате миграционных и демографических процессов, со временем, кыргызы могут стать этническим меньшинством у себя на родине.
Ряд общественных организаций и отдельные активисты выступили против нововведения. Движение «Улутунду унутпа» (в переводе с кыргызского «На забывай свою национальность») обратились в начале июля 2017 г. в Конституционную палату Кыргызской Республики с требованием отменить указание «кыргыз жараны» и вернуть графу с указанием «национальности». Один из наиболее активных противников паспортного нововведения, поэт и публицист Жыргалбек Касаболотов в своем интервью «Марал радио» 23 июля 2017 года объяснил свои аргументы[5]. Касаболотов считает, что нововведение — антиконституционно, поскольку Конституция КР в статье 206, п.5 (6) гласит, что право свободно определять и указывать свою этническую принадлежность не подлежит никакому ограничению. По мнению активиста, слово «жарандык» обозначает отношения гражданина и государства, оно указывает на гражданство, но отменяя графу с указанием «национальность», государство отказывает гражданам в их праве указывать принадлежность к своему народу. Жыргал Касаболотов полагает, что в результате миграционных и демографических процессов, со временем, кыргызы могут стать этническим меньшинством у себя на родине.

Анализируя общественную реакцию на паспортное нововведение в информационном пространстве, следует подчеркнуть, что Касабалотов не одинок в своих опасениях по поводу возможных последствий этого решения на судьбу кыргызского народа и кыргызской государственности. Очень важно подчеркнуть, что против отмены графы «национальность» выступают люди, придерживающиеся самых разных политических взглядов. То есть речь не идет о противодействии нынешнему политическому режиму. Бекбосун Борубашов, д.ю.н, обращает внимание на противоречие этого новшества конституции[6]. Гражданский активист Мавлян Аскарбеков расценивает отказ от пятой графы как действия, направленные против национальных интересов и безопасности, и, возможно,- на «уничтожение кыргызского народа»[7]. Высказывались мнения, что, возможно, в будущем не будет необходимости указывать свою национальность, но на фоне национально — патриотического всплеска, такое решение может только усугубить и без того чувствительный вопрос межэтнических отношений в стране.

Серьёзная коммуникационная проблема заключается и в несоответствии терминов в русском и кыргызском языке, тем самым, усложняя диалог между кыргызским и русскоязычным сегментами общества. К примеру, в статье Конституции речь идет об этнической принадлежности гражданина Кыргызстана, но в кыргызском языке слово «этнос» употребляется только в узкой научной среде, а слово «улут» употребляется и для обозначения этноса, и для обозначения нации-государства. Если в русском языке слово «националист» звучит крайне негативно, в кыргызском языке «улутчул» ( от кырг. «улут» — нация) употребляется часто для обозначения патриотизма, любви к своему народу, к своей родине. Правда, есть попытки развести понятия националиста и патриота, обозначая патриота словом « мекенчил» (тот, кто любит родину, от слова «Мекен» — Родина). Но даже в этом случае, не существует устоявшегося консенсуса по всем этим терминам даже в экспертной и научной среде, не говоря о более широкой публике. На мой взгляд, это серьёзная коммуникационная проблема, которая, как минимум, не способствует межэтническому диалогу, а во многих случаях служит основанием для конфликтов и взаимных обвинений.

Как развивать государственный язык?

Задачей программы было достижение полномасштабного функционирования государственного языка во всех сферах общественной жизни и выполнение кыргызским языком интегрирующей роли.
Тема кыргызского языка всегда остается одной из центральных во всех дискуссиях о национализме и нациестроительстве, и в этом отношении 2017 год не стал исключением.

Необходимо признать, что за последние годы осуществлены и шаги, направленные на развитие кыргызского языка и укрепление его роли в общественной жизни. Из позитивного необходимо отметить, что в стране существует утвержденная президентом Национальная Программа развития государственного языка и совершенствования языковой политики в Кыргызской Республике на 2014-2020 годы. [8]

Задачей программы было достижение полномасштабного функционирования государственного языка во всех сферах общественной жизни и выполнение кыргызским языком интегрирующей роли. Ставились задача добиться кардинальных изменений в сфере использования кыргызского языка в государственном управлении, делопроизводстве, профессиональной коммуникации.

В аналитическом введении программы отмечается, что только десять процентов граждан Кыргызстана, для которых кыргызский язык не является родным, говорят на нем. В школах преподается кыргызский язык, но эффективность обучения низкая, не хватает инновационных методик обучения, не создается достаточной мотивации к изучению национального языка.

Государственная программа развития национального языка ставила также задачу формирование нового многоязычного поколения кыргызстанцев, тем самым, акцентируя важность освоения гражданами Кыргызстана других языков, кроме кыргызского.

На подготовительном этапе (2014-2016) предполагалось запустить системы «Кыргызтест» и создать аккредитованную сеть центров обучения государственному языку, совершенствовать учебно-методические программы и методики обучения, постепенно увеличивать количество предметов в школе, преподавание которых ведется на государственном языке. К слову нужно сказать, что система «Кыргызтест» для определения уровня владения языком, основанная на Международной шкале оценки языковой компетенции, была подготовлена в 2015 году. Эта система была использована для определения уровня владения государственным языком кандидатов в президенты КР в 2017 году.[9]

Результаты оказались, таким образом, гораздо скромнее заявленной программы. Специально аккредитованных центров обучения языку так и не было создано, а о результатах инициатив многоязычного образования, мало что известно. В сфере многоязычного образования известна лишь одна инициатива, реализованная в основном на средства доноров и в пилотном режиме Центром социальной интеграции (ЦСИ), одной из бишкекских НПО. Проект ЦСИ не получил широкого общественного обсуждения. Кроме этого пилотного проекта, неизвестно, инвестировало ли государство финансовые и другие ресурсы в инициативы по многоязычному образованию и были ли приняты какие-то системные меры. Остается только удивляться, каким образом амбициозная цель по развитию многоязычного образования была включена в существующую национальную программу развития государственного языка в отсутствие четкого плана действий и ресурсов.

Кстати, в 2016 году парламентский комитет по социальным вопросам, образованию, науке и культуре и здравоохранению рассмотрел проект постановления с поручением правительству разработать программу по внедрению многоязычного образования в Кыргызстане на 2016-2020 годы. Инициатор постановления Талант Мамытов тогда заявил, что реализация национальной программы по развитию государственного языка находится под угрозой из-за недостаточных объемов финансирования и отсутствия эффективной системы обучения языкам, а меры, принимаемые государством по развитию трех языков, носят декларативный характер и не приносят результатов.[10] Депутатами парламента высказывались различные мнения. Елена Строкова в частности, заметила, что многоязычное образование – прекрасная идея, но ее внедрение преждевременно в Кыргызстане, учитывая, что многоязычное образование предполагает равное изучение всех языков, а для этого нужны соответствующие специалисты. Некоторые депутаты говорили о том, что прежде чем говорить о многоязычном образовании, было бы неплохо создать условия для развития кыргызского языка.[11] В итоге, Жогорку Кенеш принял 30 июня 2016 года постановление с поручением правительству разработать Программу по внедрению многоязычного образования в Кыргызской Республике на 2016-2020 годы с определением источников финансирования для ее успешной реализации и системой мониторинга и оценивания для определения уровня знания языка.[12] Программа эта так и не разработана, что неудивительно. У государства для этой программы нет необходимых средств, да и к методике многоязычного обучения необходимо подойти со всей тщательностью. Другая проблема в том, что в республике не так много учителей, владеющих сразу несколькими языками, поэтому не удивительно, что для пилотирования многоязычного обучения привлекалось ограниченное число учителей, говорящих хотя бы на двух языках.

Пилотный проект по многоязычному образованию, о котором говорилось выше, это экспериментальный проект со своими трудностями и ограниченным охватом школ.
Несмотря на сомнения в реализуемости многоязычного образования в ближайшие годы, программа сформированного в августе 2017 года правительства «40 шагов в новую эпоху» декларирует многоязычное образование как инструмент продвижения многообразия и гражданской идентичности. В разделе «Государственная языковая политика» данная программа говорит о пересмотре всей структуры системы образования с учетом перевода ее на многоязычное образование и поликультурное воспитание. Эта задача по-прежнему остается декларативной, поскольку никакого видения того, как это делать и на какие ресурсы не говорится. Но еще более непонятным является то, как без оценки наработанного опыта в сфере многоязычного образования и его эффективности можно ставить такую цель. По сути, пилотный проект по многоязычному образованию, о котором говорилось выше, это экспериментальный проект со своими трудностями и ограниченным охватом школ.

Удастся ли Кыргызстану при скромных результатах ожидать достижения функционирования кыргызского языка как межнационального языка на третьем этапе реализации программы, рассчитанной на 2019-2020 годы и названного почему-то «корректирующим»? Вопрос риторический.

Кыргызский язык и чиновники

Дискуссии о том, нужно ли обязательно требовать от госслужащих знания кыргызского языка всегда были острыми, и остаются такими по сей день, несмотря на наличие  госпрограммы о развитии языка и закона о государственном языке. Попытки ввести обязательное требование к госслужащим о знании государственного языка были и раньше, но это воспринималось достаточно болезненно, в первую очередь со стороны представителей этнических меньшинств, а также определенной частью русскоязычных кыргызов, претендовавших на высокие должности. Каждый раз, когда такая инициатива поднималась, предсказуемо возникала оппозиция. В СМИ появлялись публикации, называющие такие законодательные инициативы «дискриминационными», самих инициаторов обвиняли (часто не без основания) в слабом владении кыргызским языком, высказывались мнения, что экзамен на знание госязыка среди госслужащих может стать методом расправы с неугодными. Многие до сих пор ссылаются на историю, случившуюся с Феликсом Куловым во времена президентства Акаева. Распространено мнение, что экзамен по государственному языку был введен президентом Акаевым, чтобы не допустить своего основного оппонента Феликса Кулова к выборам.

Оппозиция принятию кардинальных мер по развитию кыргызского языка была и после 2010 года, при обсуждении законопроекта «О государственном языке» и национальной программы по развитию госязыка.

Выступающие против введения обязательного требования владения государственным языком для госслужащих, обвиняли инициаторов в том, что кыргызский язык предлагается развивать за счет ущемления других языков. В действительности, в Кыргызстане существует понимание важности русского языка, во-первых из-за миграционной зависимости Кыргызстана от Российской Федерации, особенно после вступления Кыргызстана в ЕАЭС. Что касается внешней политики Кыргызстана, в целом Кыргызстан всегда оставался лояльным и дружественным партнером России. Очень много в Кыргызстане и тех, кто читает книги на русском языке, интересуется культурой и искусством России. В этом контексте, обвинения в ущемлении русского языка или в стремлении его вытеснить, совершенно беспочвенны.

Кроме того, как было сказано выше, в государственной программе развитию официального (русского) языка придавалась большое значение в рамках модели многоязычия. В силу указанных причин, устойчивое нежелание среди определенной части высокопоставленных чиновников сделать хотя бы какие-то попытки освоить язык народа, давшего имя республике, вызывало и вызывает стойкое неприятие среди кыргызов и представителей других этносов, искренне поддерживающих идею развития государственного языка. В социальных сетях эта тема часто обсуждается. Нередко, кыргызами- участниками дискуссий на тему кыргызского языка высказываются мнения о том, что многие иностранцы, приезжающие в Кыргызстан работать, овладевают кыргызским языком на уровне базового без особого труда- за год-два, в то время как есть граждане Кыргызстана, родившиеся и выросшие в республике, не стремящиеся изучить государственный язык и требующие создать для них специальные условия. А к чиновникам — кыргызам, не делающим никаких усилий освоить свой родной язык, относятся негативно вдвойне.

Справедливости ради следует заметить, что выдвигая различные законодательные инициативы о госязыке, иногда переигрывали и депутаты парламента, предлагавшие, например, вводить штрафные санкции для госслужащих, не владеющих государственным языком. Сторонники более взвешенного подхода предлагали сначала обеспечить государственных и муниципальных служащих возможностями для овладения государственным языком. Принятие Постановления Правительства КР от 5 марта 2015 года «О мерах по обучению государственных и муниципальных служащих государственному языку и переводу делопроизводства на государственный язык, следует, видимо, рассматривать как ответ на эти требования»[13].

Как данная программа реализуется и насколько она эффективна? Эта тема должна стать предметом отдельного добротного исследования. Простые же наблюдения показывают, что определенные подвижки в этом направлении имеются. Неоднократное демонстрирование стремления освоить кыргызский язык, не являющийся для нее родным, депутатом парламента Натальей Никитенко вызывало только положительную реакцию. Можно наблюдать и то, что среди кыргызов-чиновников, которые несколько лет назад не могли изъясняться на родном языке, все больше тех, кто выступают, пусть и с некоторыми затруднениями, на кыргызском языке. Правда, этих изменений явно недостаточно для того, чтобы ожидать достижения целевых показателей государственной программы.

С 2018 года в соответствии с госпрограммой государственные и муниципальные служащие будут сдавать тест на знание государственного языка. Шкала языковой компетенции для различных категорий государственных и муниципальных служащих находится в процессе разработки, и будет применяться на начальном этапе. Программа заявила о достаточно амбициозных ожидаемых результатах, Так, предполагалось, что к 2018 году работники органов государственной власти должны овладеть кыргызским языком на уровне профессионального владения (С1) и русским языком на уровне порогового продвинутого (В2) — для граждан, для которых кыргызский является родным, и кыргызским на уровне порогового(B1) и русским на уровне порогового продвинутого (B 2) — для граждан, для которых кыргызский не является родным. Кроме этого, независимо от этнической принадлежности, государственные и муниципальные служащие должны овладеть одним из международных языков на уровне предпорогового владения. А что касается руководящих работников органов государственной власти, госпрограмма предполагала, что независимо от этнической принадлежности, они должны владеть и государственным и официальным языком на уровне профессионального владения (С1) и на уровне порогового продвинутого уровня одним из международных языков.

Очевидно, что достичь всех этих целевых показателей к заявленным срокам будет сложно, но, если будет обеспечена последовательность политики – это уже полдела. На этом фоне, неожиданным и провокационным прозвучало выступление 13 сентября 2017 депутата парламента Ирины Карамушкиной на заседании в Жогорку Кенеше при обсуждении постановления «Об исполнении Закона Кыргызской Республики « О государственном языке Кыргызской Республики». В ответ на инициативу депутата Каныбека Иманалиева относительно введения требований к написанию научных трудов на государственном языке и обязательства к сотовым операторам ввести бесплатные уроки по кыргызскому языку для своих абонентов, Ирина Карамушкина раскритиковала инициативу коллеги, сказав, что усиление позиций кыргызского языка ущемляет права русскоязычного населения. Более того, она предложила сделать русский язык вторым государственным языком наряду с кыргызским. [14] Реакция общественности не заставила ждать. Пользователи кыргызского фейсбука весьма негативно прореагировали на новость. При всем разнообразии комментариев, можно выделить основные позиции:

«В Кыргызстане мало делается для развития государственного языка», «в защите нуждается именно кыргызский язык», «нужно убрать официальный статус русского языка и уравнять его с другими языками», «очень важно требовать от госслужащих знание государственного языка», « сами кыргызы должны научиться уважать свой язык и говорить на нем». Подобные комментарии говорят сами за себя.

Споры о латинице и алтаизме

Идея перехода на латиницу за годы независимости поднималась неоднократно. В 2008 году инициатива была поднята тогдашним председателем Государственной комиссии по развитию кыргызского языка Ташбоо Жумагуловым. Тема обсуждалась, но в то время президент Аскар Акаев и тогдашний министр образования идею не поддержали. Аргументы в основном были финансовые.

В 2017 в Кыргызстане вновь поднимался вопрос о необходимости перевода кыргызского алфавита на латиницу. Пример Казахстана стал своеобразным толчком для таких идей. Поручение казахского президента Нурсултана Назарбаева к 2025 году завершить процесс перехода национального алфавита на латиницу и поручение правительству подготовить до конца 2017 года проект перевода казахского алфавита показало, что намерения казахов — серьёзные, поскольку принимаются уже практические шаги по осуществлению давно возникшей идеи.

На латиницу перешли Узбекистан, Туркменистан, а если перейдет Казахстан, то Кыргызстан останется единственной тюркоязычной страной в Центральной Азии, использующей кириллицу.
В середине 2017 года депутат кыргызского парламента от оппозиционной фракции «Ата-Мекен» Каныбек Иманалиев предложил последовать примеру Казахстана и перевести кыргызский язык на латиницу. [15] Иманалиев обратил внимание на то, что на латиницу перешли наши соседи по Центральной Азии — тюркоязычные Узбекистан, Туркменистан, а если перейдет Казахстан, то Кыргызстан останется единственной тюркоязычной страной в Центральной Азии, использующей кириллицу. Правда, он не говорит, о том, что это сделать надо незамедлительно, учитывая отсутствие у страны финансовых возможностей. Депутат призвал для начала осуществить подготовку специалистов по латинице. По его мнению, переход на латиницу – требование времени и отвечает задачам развития новых технологий. Немаловажно, что он отметил и о другом значении такого шага — сохранении национальной идентичности кыргызов.

Тема возможного перехода на латиницу получила освещение в различных СМИ. Высказывались разные позиции и мнения. Многие потенциальные сторонники идеи перехода на латиницу обращали внимание на сложность этой задачи, учитывая огромные суммы, которые могут потребоваться на реализацию этой меры. С другой стороны, отмечались плюсы перехода на латиницу. В частности в одной публикации на страницах газеты «Кыргыз Туусу» от 15 марта 2016 года (№20) Жайыл Русланов пишет, что объемы текстов на латинице меньше, и, возможно, поэтому молодежь в Кыргызстане часто переписывается по телефону или интернету, пользуясь латинскими буквами. Автор этой публикации приводит и другой аргумент в пользу замены алфавита – несоответствие кириллицы фонетическим особенностям кыргызского языка[16].

Весьма интересно, что дискуссия о возможном переходе на латиницу развернулась с новой силой после «Алтайского форума». По инициативе Кыргызстана в конце июля 2017 г. сначала в Бишкеке, а потом — на Иссык-Куле состоялся форум «Алтайская цивилизация и родственные народы алтайской языковой семьи». Президент Атамбаев принял в нем деятельное участие, с энтузиазмом продвигая идею «паналтаизма», тесного сотрудничества и объединения народов алтайской языковой группы. В ходе форума прозвучал 31 доклад на разные темы — от лингвистики до археологии и этнографии.

В рамках этого форума Атамбаев высказал свое мнение на обсуждаемую тему о переходе с кириллицы на латиницу. Он заявил, что не поддерживает идею перехода на латиницу. Одним из аргументов было то, что кириллица позволила тюркским республикам Советского Союза находиться в едином культурном поле со всей Евразией. Кроме того, он высказал сомнение, что латиница объединит тюркские народы путем создания единого общего языка – «Ортак дил». Почему президент использовал этот аргумент — не совсем понятно, поскольку в Кыргызстане идея о некоем общем языке не звучала в контексте перехода на латиницу, по крайней мере, в последние годы. Речь шла только о кыргызском языке. Алмазбек Атамбаев сказал, что не стоит забывать «о наших братьях» — татарах, башкирах, алтайцах, хакасах и других народах Российской федерации, которые продолжат использовать кириллицу. «С ними мы могли бы возродить наш праязык и взаимно обогатить современные языки древними словами, которые сохранились у одних народов и забылись у других»,[17] — сказал президент.

«Переход на латиницу — это некого рода политический демарш и поиск собственного пути»
После «Алтайского форума» ряд политологов, заметно симпатизирующих президенту Атамбаеву, высказались против перехода с кириллицы на латиницу. В частности, Бакыт Бекетаев сказал, что в Кыргызстане нет необходимости переходить на латиницу. Он обратил внимание на то, что это требует огромных затрат, а у страны много других приоритетных задач. Кроме того, Кыргызстан стал членом ЕАЭС, где вся документация – на русском языке, поэтому, по его мнению, это усложнит жизнь наших бизнесменов. [18] Другой политолог Токтогул Какчекеев считает, что переход на латиницу принесёт больше вреда, чем пользы. По мнению политолога, «переход на латиницу — это некого рода политический демарш и поиск собственного пути».[19]

Альтернативное мнение было высказано доктором исторических наук Зайнидином Курмановым. В своей статье «Что за проект «алтайская цивилизация» и что он несет тюркским народам?»[20] Курманов считает, что целью форума было «придать новые возможности для интеграционных процессов в Евразии на основе паналтаизма и евразийства взамен существующих идей пантюркизма и панисламизма». Предложив краткий экскурс в историю идей пантюркизма и панисламизма в Средней Азии, как движений, направленных против русского колониализма и на освобождение тюркских народов, историк далее отмечает о возрастании с начала 90-х гг. XX века интеграции между тюркскими странами и народами в связи с глобализацией. По мнению Курманова, «конференция по аморфной «алтайской цивилизации» де-факто вносит раскол в ряды тюркских и мусульманских народов, что может отражать только национальные интересы РФ и КНР, борющихся с «тюрко-мусульманским» сепаратизмом».

«Кыргыз жараны» с Сапаром Исаковым

Итак, самыми значительными темами общественных дискуссий по вопросам национализма в 2017 году были вопросы о том, исключать или нет графу с указанием этнической принадлежности в новом образце паспортов, и разные аспекты темы о государственном языке. По первому вопросу складывается впечатление, что государство слишком «форсирует» вопрос конструирования «гражданской нации» без достижения общественного консенсуса. Об этом свидетельствует и программа «40 шагов в новую эпоху» нового правительства во главе с Сапаром Исаковым, в которой есть задача «создания единой политической общности – кыргыз жараны» (гражданин Кыргызстана). В настоящее время, умы граждан заняты в первую очередь президентскими выборами, но, велика вероятность тог, что вопрос «всплывет» позже, поскольку есть много недовольных нововведением правительства по исключению графы с указанием этнической принадлежности в новых паспортах.

Что касается языковой политики, несмотря на явный прогресс в реализации национальной программы развития государственного языка, государство явно отстает в плане достижения целевых показателей, заявленных в амбициозной программе в части достижения полномасштабного функционирования государственного языка в госуправлении, в делопроизводстве и других сферах. Отдельные цели, которые кочуют из программы в программу, декларативны, не подкреплены исследованиями, не основаны на общественном консенсусе, и, как правило, недофинансируются. Уровень участия населения в общественных дискуссиях по вопросам развития языка, нациестроительства и развития национальной идентичности все еще низкий. Мало экспертных обсуждений, не связанных с какими-то политическими обязательствами или целями. С другой стороны, активное обсуждение тем, связанных с национализмом, в социальных сетях, является показателем того, что людей волнуют эти вопросы, растет понимание необходимости их честного обсуждения, несмотря на чрезвычайную чувствительность.

 

[1] https://kloop.kg/blog/2017/07/19/kyrgyzstan-nuzhen-kyrgyzam-gknb-provodit-ekspertizu-vyskazyvanij-azimbeka-beknazarova/

[2] http://grs.gov.kg/ru/news/1207-Vynositsia-na-obshchiestviennoie-obsuzhdieniie-pro/

[3] https://kloop.kg/blog/2017/04/22/v-pravitelstve-utverdili-novyj-obrazets-id-pasporta/

[4] <http://kabar.kg/news/na-pasporte-ne-obiazatel-no-ukazyvat-natcional-nost-uchennye/>, 24/05/2-17.

[5] <ttp://kmb3.hostenko.com/2017/07/23/zhyrgalbek-kasabolotov-pasport-ulut-adabiyat-zhana-madaniyat-tuuraluu-video/>, 23/07/2017

[6] «Пятая графа- причина раздора». < https://24.kg/perekrestok/33511_pyataya_grafa_kak_prichina_razdora_/>, 16 июня 2016.

[7] Особенности нового паспорта без вписанной национальности. < http://www.sayasat.kg/index.php?option=com_content&view=article&id=49539:featres-of-the-new-passport-withot-inscribed-nationality&catid=26:obshchestvo&lang=ru&Itemid=201>, газета «Жаны Агым», 17.06.2016.

[8] Национальная Программа развития государственного языка и совершенствования языковой политики в Кыргызской Республике на 2014-2020 годы. Источник: < http://cbd.minjust.gov.kg/act/view/ru-ru/63683&gt;.

[9] http://www.mamtil.kg/?p=2176

[10] https://24.kg/obschestvo/33973_pravitelstvu_predlagayut_razrabotat_programmu_po_vnedreniyu_mnogoyazyichnogo_obrazovaniya_v_kr_na_2016-2020_godyi/

[11] Там же

[12] http://kenesh.kg/ru/article/show/403/2016-zhildin-30-iyunu-832-vi-kirgiz-respublikasinda-kop-tilduu-bilim-beruunu-kirgizuu-zhonundo

[13] http://cbd.minjust.gov.kg/act/view/ru-ru/942018?cl=ru-ru

[14] http://knews.kg/2017/09/karamushkina-predlozhila-sdelat-russkij-yazyk-gosudarstvennym-v-kyrgyzstane/

[15] https://lb.ua/world/2017/04/13/363897_kirgizskiy_alfavit_predlozhili.html

[16] http://www.gezitter.org/politic/48654_svetlyie_i_tenevyie_storonyi_smenyi_alfavita/

[17] http://www.president.kg/ru/news/vystuplenija_obraschenija/10145_prezident_almazbek_atambaev_myi_predstaviteli_altayskoy_tsivilizatsii_mojem_dat_novyiy_tolchok_ukrepleniyu_mira_i_soglasiya_na_evraziyskom_kontinente/

[18]http://www.stanradar.com/news/full/26300-bakyt-baketaev-v-kyrgyzstane-net-neobhodimosti-perehodit-na-latinitsu.html

[19]http://www.stanradar.com/news/full/26245-toktogul-kakchekeev-smena-kirillitsy-na-latinitsu-prineset-bolshe-vreda-chem-polzy.html

[20] http://www.center.kg/article/60

Фотографии: 1) Theklan, CC-BY-SA-4.0; 2) Vmenkov CC-A-SA 3.0;

 ПОДПИШИТЕСЬ, ЧТОБЫ БЫТЬ ПЕРВЫМ В КУРСЕ СОБЫТИЙ 

comments powered by HyperComments